Автор: Ян Кривоносов

Представьте: сотрудник крупной IT-компании в 2020 году убеждает свою маму вложить деньги в акции родного VK по 2000 рублей за штуку. Вместо обещанного «надёжного вложения» — через несколько лет на экране минус 90% и цена около 194 рублей. Печальная история, но, увы, не единичная. Сейчас нам говорят: криптовалюта — это высокорисково, вкладываться туда опасно, и хотят ограничить покупки 300 тысячами рублей в год. А давайте посмотрим правде в глаза: что происходит с «безопасными» акциями российских гигантов и куда на самом деле деваются деньги людей?

Начнём с истории, которая, думаю, многим знакома. В 2020 году сотрудник VK, возможно, искренне верил в будущее своей компании. Он убедил близкого человека, что акции по 2000 рублей — это выгодное вложение. Прошло несколько лет, и что мы видим? В 2022 году акции VK потеряли почти 15% за один день, а затем продолжили падение. Те, кто верил в стабильность гиганта, потеряли 90% капитала. И это не какая-то «скам-монета» с криптобиржи, это крупная российская IT-компания. Где предупреждения о рисках? Где обещанная государством защита?

Но VK — лишь один пример. Давайте посмотрим на «Газпром» — компанию, которая ещё недавно была самой дорогой в России. Весной 2008 года акции Газпрома достигли исторического максимума — около 369,5 рубля за штуку . Капитализация компании тогда оценивалась в 380 млрд долларов, а в СМИ описывали настоящий ажиотаж: люди стояли в очередях у брокеров, скупая бумаги на последние сбережения . И вот что мы видим сейчас. В декабре 2024 года акции Газпрома впервые за почти 16 лет опускались до 105,49 рубля . А в июне 2026 года они обновили минимум с 2008 года, упав до 97,63 рубля . Падение с исторического пика — почти 74%. Представьте: человек вложил 1 миллион рублей на пике в 2008 году, сегодня у него осталось бы около 260 тысяч. Потери — 740 тысяч рублей. А если он вложил 10 миллионов? Потери составили бы 7,4 миллиона. Это не гипотетические цифры — так теряли деньги реальные люди.

В 2021 году, на фоне газового бума, акции Газпрома снова поднимались выше 360 рублей , и многие снова поверили в возвращение к рекордам. Но уже в 2022 году началось обвальное падение. В 2023 году компания получила чистый убыток в 629 млрд рублей — впервые с 1999 года, и перестала платить дивиденды . Санкции, остановка транзита через Украину, разрушение «Северных потоков» — европейский экспорт, основа сверхдоходов, обвалился со 150-180 млрд кубометров до катастрофических 18 млрд . Капитализация компании, ещё недавно первая в России, сократилась до 2,7 трлн рублей, уступив даже Сбербанку и Роснефти . Инвесторы, купившие акции по 360 рублей в 2021 году, сейчас видят на экране цену около 100 рублей. Минус 72%. И это не какая-то сомнительная криптовалюта — это системообразующая компания, на которой держится экономика страны.

А как же другие гиганты? В 2022 году Сбербанк обвалился на 21,96% за один день. В апреле 2025 года, когда рынок охватила паника, индекс Мосбиржи потерял 8% за неделю, а капитализация рынка акций Московской биржи упала на 2 трлн рублей . Только у одного брокера количество маржин-коллов приблизилось к 3,5 млрд рублей — это максимальное значение за последние два года . Люди не просто теряют деньги — их принудительно ликвидируют, когда рынок падает, и они остаются ни с чем.

Итак, куда же деваются деньги? Ведь люди вкладывали реальные рубли, покупали акции, а теперь их счета пусты. Рыночная капитализация компании — это не реальные деньги в кубышке, а суммарная цена всех её акций, умноженная на их количество. Когда цена падает, эта сумма просто исчезает, как воздух из шарика. Это называется «эффект богатства» — капитализация существует только на бумаге, пока кто-то готов покупать по этой цене. Когда паника и все хотят продать, а покупателей нет — цена падает, и «бумажное богатство» тает. Часть денег при этом действительно переходит к тем, кто умеет играть на понижение — открывает короткие позиции, продаёт акции, взятые у брокера взаймы, а потом выкупает их дешевле.

Это шорт-сквиз, и на нём зарабатывают профессионалы, пока обычные инвесторы несут убытки.

И вот мы подходим к главному противоречию. Нам говорят: криптовалюта — это слишком рискованно, поэтому для «неквалов» хотят ввести лимит на покупку до 300 000 рублей в год. Это якобы защита от потерь. Но при этом доллары мы можем покупать без ограничений, акции российских компаний — без ограничений, облигации — без ограничений. Именно они приносят нам убытки в 70, 80 и даже 90%. Логика регулятора буксует: почему биткоин, который за 10 лет вырос в тысячи раз, — опасен, а акции Газпрома, которые с пика упали на 74%, — нет? Более того, исследования показывают, что биткоин может служить инструментом для диверсификации рисков, особенно в периоды кризисов, когда традиционные активы синхронно падают.

Мир переходит на блокчейн и стейблкоины для международных расчётов. Технология уже здесь. Но нам продолжают рассказывать про высокие риски, закрывая глаза на то, что риски отечественного фондового рынка ничуть не меньше. Пора называть вещи своими именами. Если уж защищать, то защищать инвестора от любых потенциальных потерь — будь то обвал акций Сбербанка или падение биткоина. И вместо запретов нужно учить людей управлять деньгами, диверсифицировать портфель и не верить слепо даже сотрудникам крупных компаний. Потому что, как мы видим, от этого не застрахован никто.