Чистая версия конфиденциальности легко нравится.
Проверка подтверждается. Данные остаются скрытыми. Все продолжают двигаться.
Эта часть несложна для продажи.
Что продолжает меня беспокоить в Midnight, так это часть после этого. Часть, которую никто не вставляет в чистую диаграмму.
Скажем, рабочий процесс в порядке. Никаких злоупотреблений. Никаких скандалов. Просто настоящая фирма, использующая частные смарт-контракты так, как говорят, что их следует использовать. Логика расчета заработной платы. Одобрения кредитов. Правила казначейства. Контрагент доказывает, что он соответствует требованиям, не выставляя весь баланс на публичный просмотр. Хорошо. В этом и суть.
Затем кто-то спрашивает о пути.
Не о доказательстве. О пути.
Кто подписал первым. Почему это исключение было одобрено. Почему раскрытие произошло там, а не раньше. Почему одно условие считалось достаточным, а другое — нет. Не потому, что кто-то хочет сплетен. Потому что кто-то из руководства теперь должен защищать решение с прикрепленным к нему своим именем.
Вот где Midnight перестает быть просто системой конфиденциальности.
Это становится проблемой ведения учета с криптографией, завязанной вокруг нее.
Действительное доказательство в Midnight может сказать вам, что условие выполнено. Хорошо. Люди по соблюдению норм все еще задают вопрос, на который доказательства плохо отвечают самостоятельно: что на самом деле здесь произошло?
И как только этот вопрос возникает, выборочное раскрытие перестает звучать чисто.
Потому что "раскрывать меньше" легко согласовать в теории. "Объяснять достаточно" — это то, где комната делится. Один инспектор хочет минимум. Другой хочет хронологию. Контрагент хочет след исключений. Внутренний риск хочет знать, почему логика решения выглядела одним образом во вторник и иначе в конце квартала.
Это не провал конфиденциальности.
Это столкновение конфиденциальности с ответственностью.
И я думаю, что именно это поверхность сети Midnight, которую люди все еще недооценивают. Не работает ли частное доказательство. Может ли система оставаться частной и при этом производить защищенную историю позже, под давлением, не скользя тихо обратно в доверительное раскрытие тем, кто случайно держит ключи к занавесу.
Эта часть сложнее.
Также более реальна.