Балоchский ребенок опирается на своего верблюда,
обwrapped в безмолвии земли.
Небо широко открыто в бесконечном синем,
как будто сам Белуджистан дышит—
медленно, терпеливо, вечно.
В тихом взгляде ребенка
живут цвета пыли, солнца и надежды,
а в спокойствии верблюда
отдыхают нерассказанные истории древних путей.
Это не просто момент,
а портрет грации—
где простота становится красотой,
а тишина превращается в поэзию.